Деньги в Формуле–1 — это очень большая и очень коммерческая тайна, такой новообретённый секрет Полишинеля, о котором все имеют представление, но точно не знают даже участники процесса.

Формулу–1 можно назвать самым невероятным достижением демократии, благодаря которому на гоночных трассах с минуты на минуту ожидается приход коммунизма (не приведи Господь). И тогда топ–команды как заживут припеваючи, да так, что рабочим лошадкам середины и хвоста пелетона мало не покажется.

Призрак Зюганова (а иногда кажется, что и сам Геннадий Андреич во плоти) реет и машет флагом над Формулой–1

Журналисты немецкого издания Motorsport-Total взяли на себя неблагодарную задачу и решили залезть в чужой карман. По их агентурным сведениям, в минувшем году доходы Формулы составили более 1,5 млрд. долларов, при этом половина суммы поступила в распоряжение владельцев коммерческих прав, ровно 2,5 % составил бонус Ferrari, оставшуюся часть (а это 47,5 %) поделила первая десятка команд Кубка Конструкторов согласно ставкам, определённым в Договоре Согласия.

Кое кто, а именно Red Bull Racing, Ferrari, McLaren, Mercedes и примкнувший к ним Williams получают экстра–бонусы за стаж, а затем следуют запутанные выплаты по трём колонкам. Вам это не напоминает списки всяких–разных членов всевозможных обществ? От генеральных, которые с детства в президиуме, до только что сдавших нормы ГТО? Господи, куда катится Европа? Мы кое–как оттуда выбрались, а они норовят занять освободившееся место. Там очень плохо, дует со всех сторон, и колет в попу периодически. Бросайте это гнусное занятие, потому что делить — здоровью вредить! Мы это точно знаем и кому хочешь поясним.

Короче, Евроформульный союз постановил, что (дальше придётся цитировать — фраза уж больно замороченная) кто «на протяжении трёх последних лет хотя бы дважды попадал в первую десятку Кубка конструкторов», тот получит аж по 10 %.

Второй эшелон может пока завидовать, обливаться слюной и оставаться на марше, потому что очередные выплаты снова начинаются с …. первого эшелона. Такая замороченная обкомовская система (для тех, кто состоял в КПСС — никаких проблем с пониманием, остальным придётся верить на слово). Так вот, согласно второй колонке сначала выплаты получает чемпион (19%), а затем все остальные команды вплоть до десятой, которая отхватывает 4% и затаивается с добычей.

Третья колонка — это совершенно особенное всеевропейское ноу–хау. Это отдельный фонд (30 млн. $), который рвут на части дебютанты. Ну не абы как рвут, а разумеется, согласно последним трём годам провальных и не очень выступлений. Вот меня всегда сверлил вопрос, что делает в гонках красавчик Хейкки Коваллайнен, ни фига не выигрывая и попутно мешая остальным мало–мальски быстрым пилотам? Да он просто таким злонамеренным способом деньги зарабатывал.

Эту схему (совершенно очевидно) придумал Геннадий Зюганов и в пылу очередной попойки (а кто не пьёт? — назови!) предложил Экклстоуну. А Берни, сведённый с ума очередной женой из Бразилии (напомним, там очень много диких обезьян), поддался на провокацию и утвердил протокол, жахнув очередную рюмашку «за Родину, за Германа Тильке».

В итоге, после подписания меморандума оказалось следующее: команда Lotus (например), если и выиграет титул Чемпионов, то получит 82,5 млн. американских рублей (28,5 по первой ведомости и 54 млн. по второй). А Ferrari, если и проиграет всё на свете (но хотя бы иногда будет присутствовать на трассе и в итоге займёт 10–ю позицию), то получит аж 140 млн., сразу после чего может в полном составе отправляться на Гавайи. Ну или куда там отправляется команда на свой ежегодный корпоратив. Молодым это ни о чём не говорит (ну может только о прогрессирующем маразме руководителей), а уже пожившим говорит о многом — привет тебе молодость, не дай Бог ещё раз встретиться.

У команды Marussia в этой ситуации положение вообще аховое. В десятке она так ни разу так и не побывала (хотя очень хотела) и благодаря злокозненным правилам лишилась материальной поддержки in total (это латинский эквивалент разудалого русского определения всем неприятностям). Теперь самые демократические правила в мире, напечатанные на вощеной бумаге в самой Европе, запрещают команде с российской лицензией получать компенсацию на транспортные расходы. Типа у нас тут чемпионат, а не абы что, поэтому приезжайте статистами … за свой, разумеется, счёт.

Женщины и деньги — они всегда дефилируют где-то рядом

Формулу–1 не критиковал только ленивый, а Клэр Уильямс (заместитель руководителя конюшни Williams) вопреки здравому смыслу считает, что «позитивные изменения» есть.

Клэр пожурила тех, кто критикует Ф–1 за её зависимость от денег. Дескать, вы что, с коней все попадали. Деньги и Формула — это же Израиль с Палестиной (Россия с Украиной, Северная Европа с Южной и Америка с со всеми остальными Осями Зла). Короче говоря, несовместимые вещи. Даже женщины в Формуле уже есть. Бродят себе по пит–лейну, пацанам глазки строят, а в конюшне Sauber даже (иго–го!) — есть собственный руководитель female со всеми вытекающими. «Раньше об этом никто даже и подумать не мог» — заявила Клэр Уильямс. Так и хочется добавить, что раньше у мужчин просто было больше поводов для раздумья, а сейчас вот с удовольствием думают о женщинах–руководителях.

Дай, Джим, на счастье лапу мне (это я о Хэмильтоне, над которым взошла счастливая звезда Росса Брауна и невероятные финансовые перспективы)

Есть люди, которых Фортуна буквально облизывает. В моей реальной жизни попадался всего один такой типок, в нереальной тоже один, и тоже типок, но тут я могу назвать фамилию — это Хэмильтон, друзья. Это дружище Льюис, который ещё до окончания сезона 2012 года начал искать хорошее финансовое пристанище. Начинал он своё «Алло» с Red Bull при посредничестве Берни–всемогущего.

Экклстоун рассказал, что Льюис просил его посодействовать переходу в конюшню австрийских Красных быков. Берни взялся помочь и, по его словам, Себастьян как будто был не против (интересно, а что у Сэба спрашивали, что ли?), но Дитрих Матешиц решительно заявил, что пока Марк сам хочет оставаться, никого на его место он брать не будет. И перед носом Льюиса захлопнулась вожделенная дверь.

Кроме Red Bull хорошие деньги раздавали в Mercedes, поэтому Хэмильтон, наученный всё тем же Экклстоуном, отправился туда. И был принят.

Росс Браун о том, как сложно брать ответственность на себя

Росс Браун в начале нынешнего века огорошивает публику реалиями не хуже Эйнштейна в начале прошлого. Давайте перечитаем и выучим наизусть его умозаключение о том, что если бы он не предпринял насильственную перестановку Льюиса с Росбергом, то топлива пилотам до финиша не хватило бы. То ли всем и каждому, то ли у одного Росберга случился недолив, но факт остаётся фактом — это была вынужденная мера, благодаря которой где–то в момент обгона произошла невидимая глазу зрителей дозаправка, топливо чудесным образом перераспределилось, и все приехали под клетчатый флаг.

Ситуацию в команде Mercedes (кроме Росса Брауна) осложняет ещё и тот факт, что любое микроскопическое решение принимает целый консилиум. Так технические переговоры проходят не единолично в голове Росса, а ещё и при участии Лауды с Вольффом. Вот почему так сложно быстро выработать правильное решение (и очень легко медленно прийти к идиотскому). Так или иначе, а Браун взял всю ответственность на себя, сообщив попутно, что ситуация в Малайзии оказалась для Льюиса крайне неприятной, и сейчас он очень расстроен, переживает и выбился из сил. Гвозди бы делать из таких людей как Росс и Льюис. А Нико как–нибудь переживёт. Он командный игрок и ему платят деньги («от каждого — по способностям, каждому — по потребностям» — это мы уже слышали).

О том, как именно накосила Косаченко (а точнее, о том, кто именно накосил)

У великолепного тандема Петров–Косаченко сдулось, а вслед затем и отвалилось колесо. Кто виноват, что в Больших призах решили обойтись без Петрова, и он остался без контракта? К сожалению, финансирование (а точнее, его отсутствие) — это не единственная причина.

В 2010 году у Виталия была хорошая денежная подушка: его поддержала семья, представители российского бизнеса и лично владелец «Лотуса» Жерар Лопес, которого Косаченко уговорила (внимание!) внести 50% спонсорского вклада на запуск ракеты из Выборга. И Петров поехал. Он был третьим в Австралии, пятым в Канаде, а потом команда принялась модернизировать аэродинамическую трубу, слегка отпустив вожжи, но с прицелом на будущее. Виталику такая тактика показалась слишком замороченной, и после Абу–Даби он дал резкое интервью, которое и предопределило его судьбу. В своих проигрышах он, особенно не подбирая слов, обвинил команду, упомянув неграмотную тактику, плохую работу на пит–стопах и собственное бессилие работать в таких нечеловеческих условиях.

На следующий день, в полном соответствии с традициями жанра, на стол Косаченко легло письмо, в котором руководство команды извещало российскую сторону о разрыве отношений. Тогда скандал удалось замять, и мы можем только догадываться, каких дипломатических усилий это стоило менеджеру Петрова. Я сейчас говорю вполне серьёзно, потому что таких эскапад неизвестным личностям не прощают. На моей памяти это первый случай.

Разумеется, в конце сезона Петров покинул «Лотус–Рено», более того, его трудоустройство и в более слабые команды оказалось затруднительным. Так или иначе, но Виталия удалось определить в Катерхэм. Наверное, Тони Фернандэс рассчитывал, что строптивого Петрова можно будет сосредоточить исключительно на пилотировании болида, держа подальше от журналистской братии, но … его планы изменились. Тони ушёл, а со своим отдельным мнением пришёл решительный и бесповоротный Сирил Абитебуль.

Новый босс сразу заявил, что бороться за N-1 место они не будут, а займутся финансовыми вливаниями в 2014 год. Ему нужны молодые пилоты, которые будут чётко следовать выбранной стратегии. Петров был, во–первых, не слишком молодым, а во–вторых, по его прошлому опыту, не совсем лояльным, а потому его в очередной раз из команды «попросили».

Косаченко попыталась трудоустроить Виталия в «Уильямс», но там предпочли заполучить финна Валттери Боттаса.
На этом вакансии в Ф1 закончились, но осталась ещё масса неохваченных гоночных серий, в которых находят себя многие экс–пилоты Королевских гонок. Шумахер, например, собирается испытывать гоночные машины для Tony Kart и согласен на место тест–пилота для Pirelli. Но не таков Виталий. На предложение Pirelli он ответил, что ему это не интересно. Точно также ему не интересно остаться в Катерхэме пилотом, работающим на симуляторе, не интересно перейти в кузовной чемпионат DTM, не интересно сесть за руль Астон–Мартина в чемпионате FIA по гонкам на выносливость (в эту серию входят легендарные «24 часа Ле Ман»). Ни по одному из этих предложений Виталий не перезвонил. А чуть позже заявил, что приступает к поиску нового менеджера. Деньги — это вам не гонки. Они голову кружат.

Эта тема на самом деле  бездонная, и мы к ней ещё вернёмся, а пока давайте вооружимся палочками и начнём предвкушать предстоящий Гран–При в Шанхае.